Феминизм и его яркие представители: Айседора Дункан

0
Рыжачков Анатолий Александрович6/22/2020

Я рассказываю кое-что из истории моего отца, потому что эти ранние впечатления наложили огромный отпечаток на мою дальнейшую жизнь. С одной стороны, я питала во­ображение сентиментальными романами, в то время как с другой — перед моими глазами был практический пример семейной жизни. Все мое детство, казалось, прошло под черной тенью этого таинственного отца, о котором никто никогда не говорил, а ужасное слово «развод» запечатле­лось на чувствительной пластинке моей памяти. Посколь­ку я не могла ни к кому обратиться за объяснением подобных вещей, попыталась обдумать их сама. Большин­ство прочитанных мною романов заканчивалось браком и тем благословенным состоянием, о котором больше не было оснований писать. Но в некоторых из этих книг, осо­бенно в «Адаме Биде» Джорджа Элиота, речь шла о де­вушке, которая не вышла замуж, о нежеланном ребенке и об ужасном бесчестье, обрушившемся на голову несчаст­ной матери. Меня потрясла несправедливость подобного положения вещей для женщины, и, сопоставив это с исто­рией моих отца и матери, я раз и навсегда решила посвя­тить свою жизнь борьбе против брака за эмансипацию женщин и за право иметь ребенка или нескольких детей по собственному желанию, стала защищать их права и досто­инство. Подобные идеи у небольшой двенадцатилетней девочки могут показаться странными, но жизненные об­стоятельства сделали меня не по годам развитой. Я ознако­милась с брачным законодательством и с возмущением узнала о рабском положении женщин. Я стала пристально всматриваться в лица замужних женщин, подруг моей ма­тери, и почувствовала, что на каждой из них лежит печать зеленоглазого чудовища и клеймо рабыни. И тогда я по­клялась, что никогда не унижусь до подобного положения. И эту клятву я всегда выполняла, даже когда столкнулась с отчуждением матери и непониманием всего мира. Одно из положительных деяний советского правительства — упразд­нение брака. У них два человека расписываются в книге, и под подписью значится: «Эта подпись не возлагает ника­кой ответственности ни на одну из сторон и может быть аннулирована по желанию каждой из них». Подобный брак — единственное соглашение, на которое может пойти свободомыслящая женщина, и единственная форма брака, \ под которой я когда-либо подписывалась.       

Сейчас, полагаю, мои идеи в большей или меньшей сте­пени разделяет любая женщина, наделенная свободным духом, но двадцать лет назад мой отказ выходить замуж и личный пример, доказывающий право женщины рожать Детей вне брака, вызвал полное непонимание. Многое из­менилось, и в наших умах произошла столь значительная революция, что сегодня, думаю, каждая интеллигентная женщина согласится со мной, что этическая сторона брачного кодекса совершенно для нее неприемлема. И если, невзирая на все сказанное, интеллигентные женщины продолжают выходить замуж, это происходит потому, что им не хватает мужества отстаивать свои убеждения, и если вы прочтете список разводов за последние десять лет, то поймете, что я говорю правду. Многие женщины, перед которыми я проповедовала доктрину свободы, слабо воз­ражали: «Но кто же тогда станет содержать детей?» По- моему, если брачная церемония необходима как своего рода защита, призванная обеспечить поддержку детей по принуждению, значит, вы выходите замуж за человека, который, как вы подозреваете, при определенных услови­ях откажется обеспечивать своих детей, а это довольно низкое предположение. Значит, вы выходите замуж за мужчину, которого заранее подозреваете в непорядочно­сти. Но я не такого невысокого мнения о мужчинах, что­бы полагать, будто большинство из них столь низкие человеческие экземпляры. […]

Моя сестра Элизабет основала при грюнвальдской школе комитет из наиболее известных дам и аристократок Берлина. Узнав о Крэге, они прислали мне длинное пись­мо, составленное в высокопарных выражениях, высказы­вающих порицание и утверждающее, что они, представи­тели добропорядочного буржуазного общества, не могут больше покровительствовать школе, руководительница ко­торой имеет столь распутные представления о морали.

По поручению этих дам письмо мне должна была вручить фрау Мендельсон, жена богатого банкира. Когда она вошла с этим ужасным посланием, то как-то нерешительно посмотрела на меня и, внезапно разразившись слезами, бросила письмо на пол и, заключив меня в объятия, ры­дая, произнесла:

— Только не думайте, что я подписала это гнусное письмо. Что же касается остальных дам, ничего не поде­лаешь, они не будут больше покровительствовать школе. Они доверяют только вашей сестре Элизабет.

У Элизабет были собственные убеждения, но она не предавала их огласке, и я поняла, что кредо этих дам за­ключалось в следующем: все хорошо, если вы все держите в тайне. Эти женщины возбудили во мне такое негодова­ние, что я наняла зал филармонии и прочла специальную лекцию о танце как искусстве освобождения, а закончила ее беседой о праве женщины любить и рожать детей по собственному желанию.

Конечно, мне могут возразить: «Но что будет с деть­ми?» Что ж, я могу назвать многих выдающихся людей, рожденных вне брака. Это не помешало им добиться сла­вы и богатства. Но, оставляя это в стороне, я спрашивала себя: как может женщина вступить в брак с человеком, который, по ее мнению, настолько низок, что в случае размолвки не станет даже поддерживать собственных детей? Если она считает его таковым, то зачем выходит за него замуж? Я полагаю, что правда и взаимное дове­рие — первые принципы любви. Во всяком случае, я, как женщина, сама себя обеспечивающая, считаю, что если я приношу в жертву свою силу, здоровье, может быть, даже рискую жизнью ради того, чтобы иметь ребенка, то я не стану этого делать, если в будущем мужчина может за­явить, что ребенок по закону принадлежит ему и он за­бирает его у меня, а я смогу видеть его только три раза в год.

Один остроумный американский писатель однажды так ответил своей любовнице, когда она спросила: «Что ребе­нок подумал бы о нас, если бы мы не были женаты?» — «Если бы твой ребенок и мой ребенок был таким, нам было бы наплевать, что он о нас думает». Каждая интеллигентная женщина, которая, прочитав брачный контракт, все же соглашается подписать его, за­служивает всех вытекающих из него последствии.

Лекция вызвала большой скандал. Половина зрителей сочувствовала мне, а другая свистела и бросала на сцену все, что попадало под руку. В конце концов несогласные покинули зал, а с остальными у меня состоялась интерес­ная дискуссия о правах женщин и существующих неспра­ведливостях; затронутые нами темы значительно опереди­ли современное женское движение.

А. Дункан. Моя жизнь. — М.: Центрполиграф., 2009. — С. 22-24, 184-186.
Следующая статья
Биографии
Как отдыхал Петр Первый? Пьянки, карлики и другие наклонности императора
Однако если он не был жестоким, то бурным, а порой и неукротимым в приступе гнева. Он, конечно, часто бил дубинкой, тростью или голыми руками; избиение виновного чаще всего вызывалось стремлением побудить кого- то к немедленному и часто необдуманному действию. Его огромный рост (он был приблизительно шести футов семи дюймов высоты) и заметный тик лица, который проявлялся у него в моменты напряжения, делали такое обращение даже более устрашающим для наказываемого, чем того заслуживало дело. Наиболее поразительные примеры такого поведения опять же датируются самыми напряженными поздними месяцами...
Биографии
Как отдыхал Петр Первый? Пьянки, карлики и другие наклонности императора
Биографии
Уинстон Черчилль — последние годы: как старел один из самых великих политиков в истории?
Биографии
Пьер Кюри: «Умственно одаренные женщины — редкость»
Гуманитарные науки
Какие ресурсы наиболее важны для развития социального движения?
Биографии
Никола Тесла: не иллюзионист, а ученый
Биографии
Американский бизнес 1900-х гг. глазами Николы Тесла
Биографии
Пристрастие Николы Тесла к азартным играм
Биографии
Никола Тесла и беспроводная электросеть
Биографии
Никола Тесла и эксперименты с телепортацией
Биографии
Как Рональд Рейган отреагировал на собственное покушение?
Биографии
638 попыток покушения на Фиделя Кастро. Или 734?
Биографии
Махатма Ганди: теоретик ненасилия в тюрьме
Биографии
Рим при императоре Клавдие Нероне — внутренняя политика и реформы
Биографии
«Аллой Пугачевой ее сделала мама»: как родители реализуют свои мечты в детях?
Биографии
«Механические ноги» Ивана Кулибина
Биографии
Физики-теоретики и физики-«оборонщики»