Гуманитарные доллары, искусственный рынок и Великая африканская война

0
Крылова Маргарита Геннадьевна3/22/2022

Территории вокруг Гомы контролировали разные военные группы, границы вечно сдвигались, и это влияло на местное население. Мятежные солдаты вторгались в регион, грабили  и разрушали поселки, и люди бежали, переселяясь в другое место. Туда же отправлялись гуманитарные организации, помогали переселенцам строить лагеря, обеспечивали их предметами первой необходимости, а потом все успокаивалось, и люди возвращались домой. В Конго все находились в постоянном движении, и Concern в числе прочих организаций создал базу в стране, чтобы оперативно реагировать на кризисы.

Руководителем офиса был англичанин по имени Тоби. До моего приезда в Конго Тоби работал вместе с другими гуманитарными агентствами в Гоме над разработкой новой модели поставок переселенцам товаров первой необходимости. По стандартной модели они получали так называемый «непродуктовый набор» с одеялами, канистрами и приспособлениями для готовки. Набор был самый простой, для людей, лишившихся вообще всего. Но, как понял Тоби, не все люди нуждались в нем целиком. Убегая, они что-то захватывали с собой, да и солдаты, расхищая деревни, увозили не все подряд. Получив непродуктовый набор, человек мог оказаться с пятью одеялами, но без матраса, или с пятью канистрами, но без единой ложечки. Часть распространяемых нами товаров неизбежно оказывалась в мусоре.

Организация под названием CRЅ выступила с предложением о создании искусственного рынка, для обеспечения внутренних переселенцев всем необходимым. Продавцов приглашали приехать и продавать свои товары на рынке, на который допускались только беженцы. Беженцам раздавали ваучеры на определенную сумму, за которые они покупали товары по своему выбору. После этого торговцы сдавали ваучеры организации, а та переводила соответствующие суммы им на счет. Получалось, что люди покупали только то, в чем действительно нуждались, причем в безопасных условиях и под контролем, в отличие от ситуаций, когда беженцам просто раздавали наличные. В терминах гуманитарной помощи это все равно была раздача средств, но проходила она куда спокойнее, чем доставка конвертов с деньгами по домам. [...]

Он хотел устроить рынок в местечке под названием Рубая, на полпути между Гомой и Мазизи, где собралось множество беженцев, и нуждался в дополнительной паре рук. Меня направили в Конго ему на помощь, хотя я никогда не занималась распределением средств и не говорила по-французски. Тоби также хотел немного расширить проект. CRЅ проводила рынки для 200 семей за раз. В Рубая их жило пять тысяч.

Территории Вокруг Рубая были небезопасны и оставаться там по нескольку недель я не могла, поэтому мне приходилось ездить туда из Гомы, чтобы проводить беседы с местным населением четырехчасовой путь, который я проделывала три-четыре раза в неделю. Со временем я получила разрешение один-два раза в неделю там ночевать, но в первое время, на фазе планирования нашего рыночного проекта, я бессчетные часы проводила за рулем. Заняться особенно было нечем, так что я слушала музыку на iPod и смотрела на пробегающие за окном джунгли.

Погружаясь в работу, я все больше убеждалась, что это очень практичное и эффективное решение. Мы не могли раздать людям деньги и отправить их на обычный рынок. Рынков Рубая не осталось из-за конфликтов в регионе, поэтому, чтобы свести вместе покупателей и продавцов, мы должны были доставить последних на место. Поскольку мы сами контролировали рынок, то контролировали и цены на основные товары. В стране не было конкуренции, из-за которой снижается стоимость на товар, поэтому торговец мог назначить практически любую цену, что не устраивало нас с точки зрения траты гуманитарных долларов. Мы договаривались, чтобы товары первой необходимости продавались по фиксированной цене, а за это разрешали привозить на рынок радио, батарейки, ткани и тому подобное и на эти «предметы роскоши» устанавливать собственные цены.

Поскольку рынок был наш, мы учитывали разные потребности общины. Оказалось, например, что люди перестали отправлять детей в школу в Рубая, потому что не могли выплачивать взносы; мы пригласили представителей школы на рынок, и беженцы смогли ваучерами заранее оплатить учебу. Мы позвали и фермеров, чтобы они продавали семена.

Все это надо было как-то донести до людей, как следует объяснить ваучеры, цены, товары первой необходимости и предметы роскоши, плюс систему оценки степени бедности и количество распределяемых ваучеров. Поначалу дискуссии длились по нескольку дней, просто потому что концепция сложно поддавалась толкованию. И опять я взялась за карандаш и нарисовала комикс, объясняющий весь процесс. Рисунки здорово помогли. Навыки рисования, приобретенные в Южном Судане, выручали меня уже не в первый раз.

Источник: А. Макклелланд. Только неотложные случаи. / Пер. с англ. И. Голыбина. – М.: АСТ, 2018. – С. 234-238.

Редакция будет рада вашим примерам по теме.
Присылайте материалы на info@livrezon.ru, и мы опубликуем их в нашей Базе знаний.

ЧТО ТАКОЕ БАЗА ЗНАНИЙ?

Концентрированная книга издательства LIVREZON складывается из сотен и тысяч проанализированных источников литературы и масс-медиа. Авторы скрупулёзно изучают книги, статьи, видео, интервью и делятся полезными материалами, формируя коллективную Базу знаний. 

Пример – это фактурная единица информации: небанальное воспроизводимое преобразование, которое используется в исследовании. Увы, найти его непросто. С 2017 года наш Клуб авторов собрал более 80 тысяч примеров. Часть из них мы ежедневно публикуем здесь. 

Каждый фрагмент Базы знаний относится к одной или нескольким категориям и обладает точной ссылкой на первоисточник. Продолжите читать материалы по теме или найдите книгу, чтобы изучить её самостоятельно.  

📎 База знаний издательства LIVREZON – только полезные материалы.

Следующая статья
Теория Творчества
Джон Локк: «Силлогизм не есть великое орудие разума»
4. Силлогизм не есть великое орудие разума.  Я хотел бы рассмотреть еще один вопрос, касающийся разума; это вопрос о том, является ли силлогизм, как это обычно думают, наиболее подходящим орудием разума и наиболее полезным способом проявления этой способности. Я сомневаюсь в этом по следующим причинам.  Во-первых, силлогизм служит нашему разуму лишь на одной из упомянутых выше его ступеней, а именно при раскрытии связи доводов в каком-нибудь одном случае, не более. Но для этого силлогизм не имеет большого значения, п...
Теория Творчества
Джон Локк: «Силлогизм не есть великое орудие разума»
Гуманитарные науки
«Задача всей и всякой науки – замещение опыта»: Эрнст Мах о принципах науки
Гуманитарные науки
Монархия слуг и монархия баронов по Николо Макиавелли
Гуманитарные науки
Несколько принципов системы Фрейда, которые напрочь дискредитируют психоанализ
Гуманитарные науки
«Ваш Король и Страна призывают вас», – как государства объединяют общество вокруг войны?
Гуманитарные науки
Принципиальные ограничения логики по И. Канту: фрагмент из «Критики чистого разума»
Гуманитарные науки
Каждая война должна выглядеть оборонительной войной против злого, кровожадного агрессора
Гуманитарные науки
Пропаганда – механизм широкомасштабного внушения взглядов
Гуманитарные науки
«Писать-то я пишу, но пусть, подлецы, не хвастают, что я перешел на сторону красных» – журналисты нескончаемого кризиса
Гуманитарные науки
«Австрию и Францию победил школьный учитель», или почему в конечном счете превыше всего – образование
Гуманитарные науки
«Давайте скажем честно, я просто корова», или как общество влияет на девочек-подростков
Биографии
«Все на борьбу с рахитом», «Долой саботажников» и другие кампании геббельсовской пропаганды
Гуманитарные науки
Колорадский жук: биологическое оружие в борьбе с советским режимом
Гуманитарные науки
Джордж Буш-младший и «война с существительными»: бедность, наркотики и терроризм
Гуманитарные науки
Тамара Эйдельман: «Если вдуматься, то мы все мигранты или потомки мигрантов»
Гуманитарные науки
Альберт Швейцер: национализм, культура и история