Предпринимателей отличает инновационный тип мышления.
Инновационность — особый инструмент предпринимательства. Само предпринимательство как действие направлено на то, чтобы вдохнуть в имеющиеся ресурсы новые свойства с целью создания благ. Более того, в ходе нововведений создается ресурс. Ресурса как такового не существует до тех пор, пока человек не отыщет в природе что-либо полезное и не наделит его экономической ценностью. До этого момента, например, любое растение Остается порослью, нечто вроде сорняка, а любой минерал Остается просто породой. Немногим более столетия назад ресурсами не считались ни нефть, просачивающаяся из земли, ни бокситы, ни алюминиевая руда. Наоборот, их считали помехой, так как они нарушали плодородие почвы. Плесневые грибки — пенициллы считались не ресурсом, а вредителем. Бактериологи прилагали колоссальные усилия, чтобы найти способ защиты своих бактериальных культур от заражения ими. Так было до тех пор, пока в двадцатых годах нашего столетия микробиолог из Лондона Александр Флеминг в результате исследований не обнаружил, что природные пенициллины образуются многими видами плесневых грибков — пенициллами. Это открытие позволило ему в 1929 г. выделить комплекс пенициллинов — ценных антибиотиков. Так грибок-вредитель превратился в полезный ресурс.
Эта же закономерность верна в отношении социальной и экономической сфер. В экономике нет ресурса более весомого, чем «покупательная способность», а создается она предпринимателем-новатором.
Американский фермер девятнадцатого столетия практически не обладал никакой покупательной способностью и поэтому не мог приобрести сельскохозяйственную технику. В то время уже производилось множество зерноуборочных и других сельскохозяйственных машин, но фермер просто не мог заплатить ни за одну из них. Учитывая это обстоятельство, один из изобретателей уборочных машин Сайрус Маккормик ввел систему продажи этих машин в рассрочку. Это дало возможность фермеру оплачивать стоимость приобретенной машины не из своих сбережений, а из будущих заработков. Таким образом, фермер неожиданно для себя приобрел «покупательную способность», которая позволила ему покупать сельскохозяйственное оборудование.
Это говорит о том, что инновационный подход к ресурсам является эффективным средством получения дополнительных выгод.
Идея использования на грузовых суднах контейнеров, применяющихся в автоперевозках, не содержала в себе каких-либо чисто технических новшеств. Эта инновация, то есть внедрение морских контейнеров, имела не технологическую основу, а новое видение «грузового судна» как погрузочно-разгрузочного приспособления. Движущей силой в этом начинании было желание максимально увеличить скорость обслуживания судов в портах. Весьма примечательно, что это довольно незамысловатое внедрение почти в четыре раза повысило эффективность грузовых морских перевозок и, возможно, даже спасло этот вид грузового транспорта от разорения. Не будь этого новшества, вполне вероятно, не было бы и колоссального роста объема международной торговли, характерного для последних сорока лет. Следует иметь в виду, что именно международная торговля была как раз той сферой экономической деятельности, которая получила поистине беспримерное развитие.
Еще одно «ненаукоемкое» нововведение — учебник, сделало для распространения школьного образования гораздо больше, чем систематизированная подготовка школьных учителей в педагогических учебных заведениях и сама педагогическая теория. (Считается, что школьный учебник изобрел великий чехословацкий реформатор в области образования Ян Амос Коменский. Ему принадлежит заслуга создания первого букваря латинского языка в середине семнадцатого столетия.) Без учебника даже самый хороший учитель не смог бы учить более 1—2 учеников сразу; с учебником же даже посредственный учитель может вложить что-то в головы 30—35 учеников.
Приведенные примеры показывают, что нововведения совсем не обязательно должны быть техническими или «вещественными». Немногие чисто технические нововведения можно сравнить по силе воздействия с такими социальными нововведениями, как издание современных газет и страхование. А система покупки товаров в рассрочку произвела настоящий экономический переворот. Где бы эта система ни была введена, она преобразует экономику предложения в экономику спроса практически независимо от эффективности экономики (этим и объясняется тот факт, что покупка в рассрочку сразу вносится в список запретов в любой стране, где к власти приходит марксистское правительство, в Чехословакии в 1948 г., на Кубе в 1959 г.). Больницы в их современном виде — это не что иное, как социальная инновация эпохи Просвещения XIX в., которая сделала для охраны здоровья больше, чем многие достижения в области медицинской науки. Нововведением нашего столетия можно считать управление — «полезное знание», которое позволяет объединить усилия, «организовать» производительный труд людей, имеющих разный уровень знаний и подготовки. Управление превратило современное общество в нечто совершенно новое, и пока мы еще не располагаем ни политической, ни социальной теорией, которая могла бы это новое объяснить. Этим новым является общество организаций.
В книгах по экономической теории вы найдете упоминание об Августе Борсиге как о человеке, создавшем первые паровые локомотивы в Германии. Несомненно, более важными, однако, были его организаторские новации, преодолевшие ожесточенное сопротивление ремесленных гильдий, учителей и правительственных бюрократов и до сих пор составляющие систему фабричной организации и основу промышленной мощи Германии. Именно Борсигу принадлежит идея о Мастере как о высококвалифицированном и уважаемом производственном работнике, управляющем делами в фабричном цехе с известной долей автономии. Кроме этого, Борсиг ввел систему профессионального обучения, которая сочетала практическую подготовку на рабочем месте с освоением основ профессии в классе. Можно привести примеры из более отдаленного прошлого, например разработка подхода к проблеме государства со светских позиций в книге Макиавелли «Князь» (1513 г.) и основ современного национального государства, сделанная через шестьдесят лет его ближайшим последователем Жаном Боденом. Оба этих родственных нововведения оказали более ощутимое воздействие на человеческую цивилизацию, чем многие технологические изобретения.
Характерный пример с точки зрения социальной инновационности и ее значения в современном мире являет собой Япония.
Начиная примерно с 1867 г., то есть с того времени, когда Япония «открылась» современному миру, западные государства недооценивали ее, несмотря на то, что она смогла нанести военное поражение Китаю в 1894 г. и России в 1905 г. Эта же тенденция оставалась и после событий в Пёрл-Харбор и даже после утверждения Японии как «сверхдержавы» и жесточайшего конкурента на мировом рынке в семидесятых и восьмидесятых годах. Вполне вероятно, что основная причина, объясняющая такое положение, кроется в доминирующем убеждении, что нововведения обязательно должны быть связаны с материальными вещами и основываться на науке и технике. Таким образом, по мнению тех, кто придерживается таких убеждений (не только на Западе, но и в самой Японии), японцы являются не новаторами, а имитаторами. Это подкрепляется доводом, что в общем и целом выдающиеся научно-технические достижения (нововведения) инициированы не в Японии.
Когда в результате Революции Мэйдзи Япония очень неохотно и с большой сдержанностью открыла свои двери внешнему миру, она сделала это, чтобы избежать участи Индии и Китая (19 в.), которые были завоеваны, колонизированы и втянуты в орбиту западных интересов («вестернизированы»). Основной целью Японии (здесь уместно вспомнить принципы борьбы дзюдо) было использование достижений Запада для его же сдерживания и сохранения японского духа.
Сказанное выше подтверждает мысль о том, что социальные нововведения (^казались более значительными, чем внедрение паровых локомотивов или телеграфа. Осуществить социальные новации с целью развития таких институтов, как школы и университеты, государственные учреждения, банки и трудовые отношения, было гораздо труднее, чем построить паровые локомотивы или ввести в действие телеграфное сообщение. Локомотив, который мог тащить за собой поезд из Лондона в Ливерпуль, мог с одинаковым успехом и безо всякой специальной адаптации двигать поезд из Токио в Осаку. Социальные же институты должны были быть квинтэссенциально «японскими» и одновременно «передовыми». Они должны были управляться японцами по-японски и в то же время находиться в сфере «западной», высокоиндустриальной экономики. Технология может быть импортирована с достаточно низкими затратами и при минимальном риске для культуры страны-импортера. Институтам же, в отличие от технологии, для своего развития и процветания необходимы глубокие культурные корни. Сто лет назад в Японии сознательно пошли на то, чтобы сконцентрировать внимание и ресурсы на социальных нововведениях, имитации, импорте и адаптации технических новшеств. Как известно, все это было проделано с поразительным успехом. Более того, эта политика сохраняет свою актуальность для Японии и до сих пор. Как будет сказано в главе 17, все то, что не вполне уместно называется творческой имитацией, на самом деле является вполне солидной и зачастую высокоэффективной предпринимательской стратегией.
Если в настоящее время Япония сочтет необходимым пойти дальше имитации, импорта и адаптации технологии из других стран и научиться создавать свои собственные новые технические идеи, то все равно творческая имитация вряд ли будет отодвинута на второй план и забыта. Научное изыскание само по себе есть достаточно новое «социальное нововведение», и японцы всегда и в любой области демонстрировали огромный потенциал в таком нововведении. Самым главным можно считать то, что им удалось постичь тайны предпринимательских стратегий.
Можно заключить, что инновация (нововведение) является скорее экономическим или социальным понятием нежели техническим. К этому понятию вполне применимо определение Сэя, данное им в отношении предпринимательства. Таким образом, получается, что цель инновационного решения — повысить отдачу на вложенные ресурсы. В преломлении современной экономической мысли нововведение определяется как явление, лежащее в сфере спроса, а не предложения, т. е. оно изменяет ценность и полезность, извлекаемые потребителем из ресурсов.
Представляется, что преимущество использования какого-то из этих определений зависит скорее от конкретного случая, чем от теоретической модели. Переход от заводов с полным металлургическим циклом к так называемым «мини-заводам», использующим металлолом вместо железной руды и выпускающим определенный конечный продукт (например, круглые прутки, катанки и т. п., а не просто сталь, которая еще нуждается в обработке), лучше всего рассматривать и анализировать с позиции экономики предложения. При таком техническом решении конечный продукт, конечные варианты использования и потребители остаются теми же, что и в первом случае, а расходы значительно снижаются. Вполне допустимо, что применение контейнеров в грузовых морских перевозках также может быть истолковано с точки зрения экономики предложения. Что же касается внедрения аудио- или видеокассет, что является таким же, если не более «техническим» новшеством, то его лучше всего описывать или анализировать с позиции потребительских ценностей и удовлетворенностей (полезностей). Это же целиком можно отнести и к таким социальным нововведениям, как выпуск журналов «Тайм», «Лайф» и «Форчун», начало которому в двадцатые годы положил Генри Люс, или создание фонда денежного рынка в семидесятых и начале восьмидесятых годов нашего столетия.
Мы пока еще не можем предложить теорию нововведений. Но мы уже достаточно много знаем, когда, где и как системно искать инновационные возможности и как определять их шансы с точки зрения успеха или неудач. Мы обладаем необходимыми знаниями для того, чтобы развить (хотя бы в самой общей форме) практику нововведений.
Исследователи, описывающие историю развития техники, постоянно напоминают нам, что одним из величайших достижений девятнадцатого столетия было «изобретение изобретений». Несмотря на то, что этот тезис приобрел характер клише, он остается верным. Примерно до 1880 г. на изобретение смотрели как на нечто таинственное; в книгах девятнадцатого века мы находим определение изобретения как «искры божьей» или «озарения гениальности». Сам же изобретатель виделся полуромантичной, полунелепой фигурой, занимающейся невесть чем в полном одиночестве у себя на чердаке. Только к 1914 г., т. е. к началу первой мировой войны, на изобретение стали смотреть как на исследование — систематизированную, целенаправленную деятельность, спланированную и организованную при высокой степени предсказуемости намеченных и вероятных результатов.
Весьма вероятно, что инновационная деятельность в своем развитии может пройти похожие рубежи. Деред предпринимателями же стоит задача научиться осуществлять инновационные решения на систематической основе.
Удачливые предприниматели не будут дожидаться «порыва вдохновения», который осенит их «блестящей идеей», — они просто, засучив рукава, примутся за работу. Такие предприниматели не ищут «великих открытий», нововведений, которые могут «перевернуть отрасль», способствовать созданию «многомиллиардного дела» или помогут «разбогатеть в мгновение ока». Предприниматели, которые открывают дело с целью расширить его как можно больше и как можно быстрее, обречены на неудачу. Они руководствуются неверными принципами. Нововведение, которое поначалу кажется многообещающим с точки зрения его практического применения, может оказаться абсолютно нереализуемым результатом технической виртуозности. Одновременно нововведения, весьма скромные по своему интеллектуальному наполнению (например, открытие сети ресторанов Макдональдс), могут вылиться в гигантский, высокорентабельный бизнес. Эти наблюдения остаются верными и в отношении нововведений в некоммерческих и непроизводственных областях.
Удачливые предприниматели, какой бы ни была их личная мотивация — деньги, власть, любознательность или желание прославиться, — стремятся создать полезность и сделать соответствующие вложения. Конечно же, эти пpeдприниматели смотрят далеко. Они не удовлетворяются только улучшением или видоизменением того, что уже существует. Они пытаются создать новые и отличные от старых ценности и полезности, превратить «материал» в «ресурс» или облечь существующие ресурсы в новую к более продуктивную форму.
Дорогу ко всему новому и ранее неизвестному прокладывают изменения. Таким образом, систематический инновационный процесс состоит в целенаправленном и организованном поиске изменений и в систематическом анализе потенциала этих изменений как источника социальных и экономических нововведений.
Как правило, к таким изменениям относятся те, которые уже произошли или вот-вот произойдут. Подавляющее большинство успешных нововведений строится на основе использования изменений. Безусловно, есть нововведения, которые по своей сущности представляют собой крупные изменения. В этой связи следует прежде всего упомянуть некоторые технические нововведения, например разработка новой модели самолета компанией Райт Бразерс. Такие случаи, однако, относятся к разряду исключений, и притом весьма редких. Большинство успешных нововведений гораздо прозаичнее, и они зиждятся на изменениях. Таким образом, можно заключить, что дисциплина инновации (являющейся одновременно базой знаний предпринимательства) есть диагностическая дисциплина или, иными словами, систематическое исследование тех участков изменений, которые вероятнее всего таят в себе предпринимательские возможности.
Если говорить более конкретно, то можно {выделить семь областей анализа изменений, то есть семь источников инновационных идей.
Первые четыре источника можно отнести к внутренним, они находятся в рамках предприятия (производственного или непроизводственного), в пределах отрасли промышленности или сферы услуг. Такие источники зримы для людей, работающих на данном предприятии или в данной отрасли. По своей сущности они являются симптомами. В то же время они служат высоконадежными индикаторами изменений, которые либо произошли, либо могут быть проведены при самых незначительных затратах сил. К этим источникам относятся:
1) неожиданное событие (для предприятия или отрасли) - неожиданный успех, неожиданная неудача, неожиданное внешнее событие;
2) неконгруэнтностъ — несоответствие между реальностью, какой она есть на самом деле, и нашими представлениями о ней («такой, какой она должна быть»);
3) нововведения, основанные на потребности процесса;
4) внезапные изменения в структуре отрасли или рынка;
Следующие три источника нововведений справедливо будет назвать внешними, так как они имеют свое происхождение вне данного предприятия или данной отрасли:
5) демографические изменения;
6) изменения в восприятиях, настроениях и ценностных установках;
7) новые знания (как научные, так и ненаучные).
Границы между этими семью источниками инновационных идей размыты; более того, эти источники часто перекрывают друг друга. Их можно сравнить с семью окнами, каждое из которых расположено на разных сторонах одного и того же здания. Кое-какие детали пейзажа просматриваются одинаково из всех окон, но вид, открывающийся по центру каждого из них, специфичен и индивидуален.
В силу того что каждый из названных источников обладает своими собственными характеристиками, анализировать их следует по отдельности. Нет необходимости доказывать, что все эти источники по-своему важны и эффективны. Крупные нововведения могут быть следствием как анализа симптомов изменений (например, неожиданный успех в результате изменений, происшедших в продукте или ценообразовании, которые рассматривались как незначительные), так и применения новых знаний как следствия прорыва в науке.
Вместе с тем предлагаемый порядок обсуждения этих источников далеко не случаен. Как вы сможете заметить, эти источники даются по убывающей надежности и предсказуемости. Вопреки почти всеобщему убеждению, что новые знания, и особенно научные, являются наиболее надежным и предсказуемым источником успешных нововведений, они таковыми на самом деле не являются. Несмотря на всю свою явственность и важность, на весь свой блеск и привлекательность, этот источник наименее надежен и предсказуем. В то же самое время серьезный анализ таких симптомов изменений, как неожиданный успех или неожиданная удача, может привести к эффективным инновационным решениям. Именно поэтому инновации, источником которых были неожиданные события, характеризуются, как правило, кратчайшим периодом с момента начала материализации решения до получения измеримых результатов, положительных или отрицательных.