Лени Рифеншталь: заплыв с аквалангом в 71 год

0
Лыткина Марина Алексеевна3/30/2021

Волнения того года не прошли бесследно. Как только мне удалось освободиться от своих обязанностей, мы с Хорстом вновь отправились на отдых в Кению. Нашей целью был Индийский океан. Таинственный подводный мир, с которым я впервые познакомилась два года назад, манил меня как фата-моргана.

Мы жили в «Тертл-Бей-отеле», севернее Момбасы, там, где размещалась немецкая школа подводного плавания. Ежедневно я наблюдала за тренировками в плавательном бассейне и одновременно ломала голову, каким образом добраться до акваланга. Дело не простое. Какой тренер по подводному плаванию рискнет принять в группу семидесятиоднолетнюю ученицу? Но желание во что бы то ни стало приобщиться к миру океанских глубин заставило меня прибегнуть к хитрости. Пробормотав что-то неразборчивое в отношении даты рождения, я записалась в группу под именем Хелене Якоб, указав вместо 1902-го 1922-й год появления на свет. Несмотря на подобное «омоложение», тренер посмотрел на меня скептически.

Школу погружения клуба «Посейдон-Немрод» из Гамбурга в тот момент посещали десять учеников. Хорст тоже записался. Было видно, что даже молодым людям с трудом даются некоторые упражнения. Например, на глубине четырех метров надевать и снимать подводный костюм. Самым сложным для меня стало плавание на длительные дистанции с полным оснащением. Тренер решил, что финальное испытание пройдет не в бассейне, а в океане на глубине десяти метров.

В тот день океан оказался неспокойным и темным, в противоположность бассейну с его чистой как стекло, спокойной водой. В нашей маленькой сильно раскачивавшейся лодке находились: тренер, Хорст, успешно выдержавший экзамен еще два дня назад, и я, удрученно смотревшая в неприветливую глубину, куда мне предстояло прыгнуть.

Тренер был краток. Произнеся: «Вы найдете меня внизу у якоря», он нырнул в воду, не расщедрившись более ни на какие указания. Преодолевая страх, я ринулась вслед за ним. Из-за темноты сразу разглядеть тренера не представлялось возможным, лишь виднелась веревка от якоря, по которой я принялась медленно опускаться. Здесь чувствовалось сильное подводное течение, но потом, когда на дне моря показались контуры ожидавшего меня тренера, погружение стало даваться значительно легче. Видимость составляла примерно два метра. После окончания спуска, мы с тренером, держась за руки, поплыли к коралловому рифу, где течение ослабевало. Здесь я повторила все приемы, выученные в бассейне, такие как снятие и надевание свинцового пояса, ластов и маски. Затем последовало упражнение на переменное дыхание и в завершение — подъем по тревоге — этим важнейшим навыком необходимо овладеть, чтобы в опасной ситуации избежать несчастного случая. Стало легко и радостно, когда я вновь оказалась в лодке. У меня все получилось!

Вечером по случаю вручения долгожданного сертификата каким-то образом разузнали мой настоящий возраст. После величайшего изумления раздалось громовое «Ура!». С того времени я регулярно принимала участие в погружениях, которые происходили и у внешнего рифа, и на более значительных глубинах. Непередаваемое ощущение — плавать как рыба! Я находилась в полном восхищении от великолепия красок и форм, от гармоничной жизни в окружении кораллов, забыв все что меня угнетало. Бесподобное чувство невесомости — вот, вероятно, решающая причина, по которой ныряльщики, когда-то начавшие погружаться, редко отказываются от своего увлечения. День ото дня меня все более захватывала эта страсть, новые впечатления были ни с чем не сравнимы. Меня восхищали рыбы в своем многообразии роскошных красок, кораллы и другие обитатели океана — сказочный мир, который мне бы хотелось запечатлеть на снимках.

Но сначала я намеревалась стать совсем уверенной при погружении, опытной аквалангисткой.

Л. Рифеншталь. Мемуары. / Пер. с нем. — М.: Ладомир, 2006. — С. 556-557.
Следующая статья
Биографии
В. И. Даль собирает говоры для толкового словаря живого великорусского языка
Даль изучал эти самые «говóри» (точнее — говоры) русского языка, но изучать мало, надо особый чуткий слух иметь на русскую речь, чтобы улавливать, выбирать в потоке слов подчас едва приметные различия в произношении. Запасы, сокровища Даля были для него самого как бы удвоены: держа в руке листок с записанным словом, он слово это не только видел, но и слышал. «В Череповце говорят:  менные дзеньги; що  вместо  что; купеч; свит концаетца;  букву  в  после гласной изменяют в  у: пиу о, пиуцо (пиво, пивцо); галки налятят, надо сясть, хочу исть  ( и  вместо  е ...
Биографии
В. И. Даль собирает говоры для толкового словаря живого великорусского языка
Livrezon-технологии
Эрнест Хемингуэй: Как преодолеть писательский барьер?
Биографии
Алессандро Вольта: детство «маленького дикаря»
Биографии
Ольга Книппер: как ей приходилось выбирать между семьей и карьерой?
Биографии
В. А. Догель – лучший наставник юных зоологов
Биографии
Реформы Петра I в сфере образования
Биографии
Интеллектуальный брак: Джон Стюарт Милль и Гарриет Тейлор
Биографии
Как стать полиглотом: опыт В. фон Гумбольдта
Биографии
Александр Флеминг: спортивная игра в медицинскую реальность
Биографии
Ю. Б. Кобзарев: от наставника к наставнику
Биографии
Стиви Уандер: детство слепого музыканта
Биографии
Нонна Мордюкова: амплуа, репертуар и выбор ролей
Биографии
Максимовы: семейство полиглотов
Биографии
История о том, как советский авиаконструктор А. С. Яковлев нашел своего наставника
Биографии
Антон Семенович Макаренко: «Мой первый учитель»
Биографии
Советский протозоолог Юрий Полянский: наставничество А. А. Еленкина