Почему дети не любят и боятся врачей?

0
Фрагмент нашла: Ольга Уколова4/27/2023

В этом разделе мы рассмотрим особенности психического состояния детей, поме­щенных в хирургический стационар для обследования и лечения. Всего было обследовано 40 человек (20 мальчиков и 20 девочек) от 7 до 14 лет с предварительным диагнозом «ост­рый аппендицит». У половины из них (1-я группа) этот диагноз был подтвержден, и им бы­ла сделана операция — аппендэктомия. У остальных детей (2-я группа) диагноз после об­следования в стационаре не подтвердился, и их выписали домой.

Психологическое исследование проводилось: при поступлении детей в стационар; на третьи сутки после операции — у 1-й группы и перед выпиской из стационара — у 2-й. [...] 

Помимо страха болезни, операции и лечения, дети, помещенные в хирургический стационар, переживали и разные другие страхи. Например, страх перед врачами. Или страх из-за того, что окружающие могут узнать об их переживаниях. Последний страх, на первый взгляд, является неожиданным. Как правило, люди боятся и стыдятся инфекционных забо­леваний, а не такой болезни, как острый аппендицит. Завершая незаконченное предложение «Если бы все знали, как я переживаю...» фразами типа «...то смеялись бы», дети демон­стрируют, что в действительности является причиной их страхов. Это не отрицательное мнение окружающих людей о самой болезни, а их отрицательное отношение к эмоциональ­ной реакции ребенка на болезнь. Таким образом, в основе детских страхов могут лежать социально обусловленные нормы поведения непосредственного окружения ребенка («стыдно плакать и бояться»).

После лечения увеличилось количество страхов, связанных с болезнью и врачами. По отношению к операции отмечено различие в переживании страха у группы проопериро­ванных и неоперированных детей. Если операции не было, то после обследования и снятия диагноза «острый аппендицит» страх операции исчезал полностью. Это естественно: ведь ее не было и она не ожидалась в будущем. У прооперированных детей после хирургическо­го вмешательства страх операции даже увеличился. В основе этого, по-видимому, лежит негативный личный опыт, который они получили при подготовке к операции (инъекции, капельницы, очистительные клизмы) и в послеоперационном периоде (постельный режим, необходимость пользоваться судном, большое количество болезненных манипуляций: уко­лов, смены наклеек, снятия швов; необходимость вставать и двигаться уже в первые сутки после операции). С другой стороны, у неоперированных детей при выписке возросла выра­женность страха, связанного с болезнью. Дети этой группы считали, что болезнь осталась (не была радикально излечена), врачи «ничего не смогли сделать» и в любой момент «бо­лезнь может вернуться». Такие различия между группами также могут быть связаны с тем, что детям, которых будут оперировать, все-таки оказывают больше внимания: их наблюда­ют, чаше расспрашивают о самочувствии. Тех же, кто не нуждается в немедленной опера­ции, на долгое время оставляют наедине с их болезнью, болью и страхами.

При выписке из больницы состояние всех детей характеризуется большой устало­стью и потребностью как можно скорее освободиться от всех отрицательных эмоций.

Следует отметить, что детские страхи увеличиваются из-за отсутствия информации по поводу болезни, выписки и ближайшего будущего. Как правило, с детьми почти никто не разговаривает, на их вопросы не всегда отвечают, им ничего не объясняют, а родителей пускают редко. Дети порой даже не понимают, какие лечебные процедуры им назначены и зачем их ведут в тот или иной кабинет. Такой недостаток информации вызывает повышен­ную тревожность и нервозность, отсюда такие высказывания, как «я боюсь», «мне жутко», «ужас». По-видимому, допустимая информация и даже простое внимание к ребенку со сто­роны медицинского персонала позволят ему снизить тревожность и сформировать более рациональное отношение к пребыванию в больнице и лечению.

Отношение детей к больнице до лечения было достаточно пассивным, в нем преоб­ладали зависимость и тревожность. Больница воспринималась ребенком как препятствие, с которым невозможно бороться, и это рождало чувство неотвратимости обстоятельств. Си­туация помещения в больницу у подавляющего большинства детей вызывала отрицатель­ные переживания. Только в единичных случаях дети реагировали на госпитализацию ней­трально или положительно, так как связывали это с избавлением от страданий и с улучше­нием общего самочувствия («станет легче», «не буду болеть», «вылечусь»). После лечения положительных воспоминаний о госпитализации не было выявлено вообще, а пассивное отношение к больнице сменилось на агрессивно-оборонительное. Эта тенденция подтвер­ждается результатами исследования отношения детей к возможной повторной госпитализа­ции. Когда ребенок еще не имел собственного опыта лечения в стационаре, возможная в будущем госпитализация оценивалась отрицательно только в одной трети случаев. После лечения повторную госпитализацию негативно воспринимала уже половина детей, что мо­жет свидетельствовать о влиянии личного психотравмирующего опыта на оценку событий в будущем. Незаконченное предложение «Если я опять поступлю в больницу...» дети в этом случае заканчивали так: «...мне будет плохо», «...со мной будет происходить что-то ужасное», «...я очень огорчусь».

В качестве примера того, как формируется отношение к госпитализации, приведем рассказ о враче из поликлинике, которая направляла девочку-подростка в стационар. Этот рассказ наглядно демонстрирует, насколько отношение к больнице зависит от корректности действий доктора, его уважительного отношения к детям и умения с ними общаться.

Рассказ Саши Н., 14 лет: «Ой, такая гадина, вообще. Она, извините, такая грубая, кошмар. Обращалась со мной, как с вещью. Ни за что ни про что: „В боль­ницу“. Как будто я какая-то вещь, переживать не могу. Давила на живот — боль­но делала. Я говорила, что больно. Она: „Потерпи“». Ничего хорошего. Такая гади­на кошмарная. Злая: „У тебя аппендицит — в больницу“. Фамильярно обращалась. Ненавижу эту тетку. Ее надо в колонию к малолетним преступникам».

Отношение детей к врачам стационара было неустойчивым, изменчивым и непосле­довательным, с яркими эмоциональными реакциями и вспыльчивостью. Такую позицию можно назвать активно-зависимой. Нередко случается, что сами родители пугают детей врачами («Не будешь слушаться — придет доктор, сделает тебе укол и заберет в больни­цу!»), поэтому агрессивная реакция на врача может быть следствием такого страха. Кроме того, для ребенка, поступившего на лечение в больницу, врач часто оказывается единствен­ным одушевленным объектом, на который может быть направлена агрессия. Ведь родите­лей рядом нет, а другие дети — «такие же пострадавшие». Но, несмотря на это, дети связы­вают именно с врачами свои надежды на выздоровление.

При поступлении в больницу обследованные нами дети испытывали по отношению к врачам чаще отрицательные эмоции, чем положительные. В первом случае врачи вызыва­ли страх, во втором — надежду на помощь и избавление от болезни. Характерными кон­цовками незаконченного предложения «Когда я вижу врачей...»содержащими отрица­тельные эмоции, были: «мне хочется сказать, что я здорова», «...я нервничаю», «...я боюсь», «...мне страшно, т.к. я их ненавижу». Ответы на это же предложение, в которых содержатся положительные эмоции, были такими: «...я надеюсь, что они меня вылечат», «...я думаю о хорошем», «...мне становится легче». [...]

Для формирования правильного отношения ребенка к врачу большое значение имеет то, как этот врач выполняет свои профессиональные обязанности. Дети ждут, чтобы врач скорее их «вылечил», «выписал», «облегчил страдания». Но не менее важным, как уже го­ворилось, является образ врача как человека, его отношение к детям-личностям. Дети хо­тят, чтобы врач их «уважал», «понимал», «был добрым», «заботился», «был более спокой­ным». Как правило, такая потребность в более доверительном и личностном подходе не удовлетворяется. На наш взгляд, одной из причин этого является неправильные организа­ция и планирование рабочего дня врачей, огромный объем бумажной работы, которую они выполняют, их слабая психологическая подготовленность.

После лечения позиция ребенка по отношению к врачу меняется с активно­зависимой на пассивно-оборонительную. При оценке ситуации появляется рационализация, большая трезвость суждений с опорой на личный накопленный опыт. Выраженность отри­цательного отношения к врачам уменьшается, выраженность положительного, напротив, увеличивается.

В большинстве случаев дети относятся к лечению положительно. При поступлении в хирургический стационар две трети из них считали, что лечение им поможет. Об этом го­ворили следующие ответы на незаконченное предложение «Я думаю, что лечение моей болезни...»: «...будет удачное»; «...легкое»; «...окончится хорошо»; «...поможет мне». При этом у детей 1-й группы после операции частота такого отношения возросла, т.к. они ре­ально убедились в результатах лечения. Отношение неоперированных детей осталось без изменений, поскольку их «аппендицит» как был на месте, так и остался, живот как болел, так и дальше продолжал болеть.

В ходе лечения дети начинали понимать: для того чтобы справиться с болезнью, не­достаточно быть сильным, терпеливым, мужественным. Необходима также помощь либо других людей, либо лекарств. Так, завершая незаконченное предложение «Чтобы лечить­ся, мне нужно...», они перечисляли определенные личные качества («смелость», «мужест­во», «терпение», «вера в себя», «думать о лучшем»), указывали на помощь других людей («врача», «мамы»), необходимость использования разных методов лечения и правильного режима («лечь в больницу», «слушаться врачей», «хорошо вести себя», «пить травы», «таб­летки», «не гулять»). При выписке несколько возросло количество ответов, связывающих успех лечения с помощью врача и конкретных способов лечения, и уменьшилось число от­ветов, соотносящих успех лечения с личностными качествами ребенка. Можно предполо­жить, что дети стали осознавать важную истину: для того чтобы справиться с острым ап­пендицитом, одних только личных качеств недостаточно. При такой серьезной болезни обязательно нужна помощь со стороны (матери, врача, лекарств, операции).

В большинстве случаев обследованные дети испытывали чувство вины из-за того, что заболели аппендицитом («не выполнял требований родителей», «не берег здоровье», «не слушался маму», «плохо себя вела», «гуляла под дождем», «не была аккуратна», «не хотела в школу», «не мою руки»), хотя возникновение острого аппендицита никак не могло быть связано с проступками и личными качествами детей. Такое чувство вины можно объ­яснить тем, что зачастую родители и врачи действительно перекладывают на ребенка от­ветственность за болезнь — простуду, травму, инфекцию и даже аппендицит; им так удоб­нее. При этом количество ответов, отражающих чувство вины ребенка из-за наступившей болезни, перед выпиской даже несколько увеличилось. Конечно, такое отношение к детям со стороны взрослых, особенно когда ребенок находится в хирургическом стационаре, аб­солютно недопустимо.

Несмотря на то что дети переживают вину за болезнь, они еще не очень хорошо по­нимают, как в действительности сами дети могут влиять на состояние своего здоровья. Только семь человек считали, что состояние их здоровья напрямую зависит от их собствен­ных усилий. Остальные в связи с этим называли других людей и внешние обстоятельства. В этом может проявляться неосознаваемая установка ребенка, когда считается, что взрослый все знает, все умеет, всегда поступает правильно, а ребенок, наоборот, ничего не знает, не умеет и не понимает. Тогда и получается, что взрослый знает, как быть здоровым, и поэто­му здоровье ребенка — его заслуга. А вот ребенок виноват, что заболел, — и несет за это ответственность. Только в процессе лечения болезни многие дети начинают осознавать, что они тоже отвечают за то, чтобы быть здоровыми.

Источник: И.М, Никольская, Р.М. Грановская. Психологическая защита у детей. – Спб.: Речь, 2010. – С. 294-301.

ЧТО ТАКОЕ БАЗА ЗНАНИЙ?

Концентрированная книга издательства LIVREZON складывается из сотен и тысяч проанализированных источников литературы и масс-медиа. Авторы скрупулёзно изучают книги, статьи, видео, интервью и делятся полезными материалами, формируя коллективную Базу знаний. 

Пример – это фактурная единица информации: небанальное воспроизводимое преобразование, которое используется в исследовании. Увы, найти его непросто. С 2017 года наш Клуб авторов собрал более 80 тысяч примеров. Часть из них мы ежедневно публикуем здесь. 

Каждый фрагмент Базы знаний относится к одной или нескольким категориям и обладает точной ссылкой на первоисточник. Продолжите читать материалы по теме или найдите книгу, чтобы изучить её самостоятельно.  

📎 База знаний издательства LIVREZON – только полезные материалы.

Следующая статья
Педагогика и образование
Психодиагностика по рисунку: не так страшен чёрный цвет, как его малюют
Ребенок рисует чёрным цветом – значит ли это, что у него депрессия или проблемы в школе? Надо разбираться. Может быть, воспитатель выдал только простой карандаш или малыш рисовал тарантула – чего тогда удивляться чёрному цвету? В этой статье клинический психолог и психодиагност Ольга Уколова рассказывает, как спокойно воспринимать рисунки своих детей. На комичных примерах из жизни вы убедитесь, что не так страшен чёрный цвет, как его малюют; узнаете, какие детские рисунки на самом деле представляют собой повод для беспокойства; и самое главное – получите инструкцию, что делать в случае тревоги...
Педагогика и образование
Психодиагностика по рисунку: не так страшен чёрный цвет, как его малюют
Педагогика и образование
Как формируется интерес к обучению
Педагогика и образование
Различия в сенсорном развитии у детей разного возраста
Педагогика и образование
Как развивать речь у глухонемых детей?
Бизнес и экономика
Что нужно знать спикерам перед выступлением? Приемы ораторского мастерства
Педагогика и образование
«Основы дефектологии» Л. С. Выготского: концентрированный реферат – самое главное из книги
Педагогика и образование
Сидим правильно: за роялем и не только
Педагогика и образование
Селестен Френе о том, как противостоять травле в классе
Иностранные языки и лингвистика
Как язык (не) спасает от гражданских войн?
Педагогика и образование
Какой должна быть Достойная Цель? (Теория развития Творческой Личности)
Педагогика и образование
С какими игрушками полезно играть детям?
Гуманитарные науки
Лев Семенович Клейн о том, как археологи обходили советскую цензуру
Педагогика и образование
Как справиться с трудным ребенком?
Педагогика и образование
Как заставить ребенка выполнять требования?
Педагогика и образование
Что делать, если дети в классе объединились против одного ребенка?
Бизнес и экономика
Что делать, если аудитория шумит и не дает выступать