Русское тайное общество: история создания

0
Рыжачков Анатолий Александрович12/21/2019

Русское тайное общество сложилось не вдруг. В кружке людей, среди которых оно образовалось, в первое время заметно было только неясное желание сблизиться в одном общем интересе. Одни просто собирались, без всяких затей, читать газеты и толковать. «В семеновском полку, — рассказывает Якушкин, — устроилась артель (в 1815 г.): человек пятнадцать или двадцать офицеров сложились, чтоб иметь возможность обедать каждый день вместе; обедали же не одни вкладчики в артель, но и все те, которым, по обязанности службы, приходилось проводить целый день в полку. После обеда одни играли в шахматы, другие читали громко иностранные газеты и следили за происшествиями в Европе - такое времяпрепровождение было решительно нововведение». Высшим властям «артель» однако не понравилась, и ее велено было прекратить... Другие, стремясь к какой-нибудь нравственно-общественной деятельности, вступали в масонские ложи, где надеялись найти искомую цель и способ действий. Третьи, не удовлетворяясь обычными масонскими церемониями, пришли к мысли основать политическое, и следовательно тайное, общество, и им опять прежде всего представилась мысль устроить его в какой-нибудь ложе. Четвертые искали общественной деятельности в ученых и литературных кружках, нисколько не тайных: таково было множество обществ словесности - в Петербурге, Москве и в университетских городах; таково было «общество математиков», основанное еще в 1811 году и послужившее началом известного «Учебного заведения для колонновожатых», о котором упомянем далее. Масонские влияния особенно заметны в образовании и в формах наших тайных обществ. Многие из членов тайного общества были в то же время ревностные масоны: то и другое было близко в их понятиях и переход, по-видимому, казался нетрудным. Мы приводили, в предыдущей главе, примеры той связи лож с политическими кружками.

В том первом тайном обществе, которое названо в «Донесении следственной комиссии» Союзом Спасения или Союзом истинных и верных сынов отечества, и устав которого был составлен Пестелем (1817), нельзя не видеть этого влияния. «Общество, - по словам «Донесения», - разделялось на три степени: братии, мужей и бояр... для принятия назначались торжественные обряды; желающий вступить в общество давал клятву сохранять в тайне все, что ему откроют;... сверх того, каждая степень и даже старейшины имели свою особенную присягу» - совершенно как в масонской иерархии. В другом месте упоминается, что устав этот "основан был на клятвах, правиле слепого повиновения, и проповедывал насилие, употребление страшных средств, кинжала, яда, что, по словам Пестеля, написано было в подражание уставам некоторых масонских лож, - и это могло быть справедливо: эти страшные средства не представили бы ничего страшного тому, кто знал масонские присяги, которые даже в самых простых "системах»самыми ужасными заклятиями. То же было в обществе Соединенных Славян.

Была и более прямая связь между масонскими тенденциями и движениями тайных обществ. Одно время ложи «Избранного Михаила» и «Трех Добродетелей» совмещали в себе членов тайного общества. При более простом, не-мистическом взгляде на масонские обязанности не трудно было придти к той политической точке зрения, на которой стояли члены тайных обществ в первое время их существования, - потому что их цели состояли тогда в мирном служении общественному благу одними нравственными и законными средствами. Таков был союз, который предполагалось, по словам "Донесения", основать под названием Общества Русских Рыцарей. Историю этого предполагавшегося общества так рассказывает близкий свидетель, Н.И. Тургенев:

«Несколько времени спустя после моего возвращения в Петербург (в 1816 г.), я встретил генерала Орлова (Михаила), которого я знавал за границей и особенно в Нанси, где он был в 1815 начальником штаба русского корпуса, расположенного в тех краях. У этого генерала было много природного ума и благородный, возвышенный характер. Что касается образования, он в высокой степени владел тем образованием, какое обыкновенно бывает у светских людей. Как все живые и пылкие умы, которым недостает прочных идей, основанных на серьезных знаниях, он увлекался всем, что поражало его воображение... Когда я увидел его в Петербурге, все его мысли заняты были масонством; он возымел план восстановить это учреждение, как оно существовало при Екатерине 11, и дать ему какую-нибудь политическую цель. В этом предприятии у него был товарищем граф Мамонов, который имел, кажется, большое пристрастие к старому русскому масонству. Лично я никогда не знал его, но в одном критическом обстоятельстве его имя приобрело такую известность, что внушало к нему уважение. (Тургенев разумеет пожертвования гр. Мамонова в 1812 году).

Граф Мамонов был, по-видимому, посвящен в одну из высших степеней старого масонства; генерал Орлов, узнавши эту степень и формулу посвящения, сделал в ней некоторые перемены, соответственные идеям времени, но сохраняя мистическую форму, господствовавшую в старом обряде. Он показал мне свой проект, предлагал мне сообщить его каким-нибудь знакомым мне масонам, для того, чтобы они постарались ввести его в свои различные ложи. Этот устав, или обряд принятия, я отдал одному лицу, которое председательствовало в одной ложе и которое было чрезвычайно радо иметь какой-нибудь символ старого русского масонства, некогда столь славного. В то же время генерал Орлов сказал мне, что он только что составил зерно общества, основанного на этой, своего рода, реликвии. Он назвал своих союзников: это были два адъютанта императора, генерал П.М. и Г.Б. Я видал иногда этих господ, но никогда не говорил с ними о их обществе. Раз только последний, говоря о Союзе Благоденствия, с которым предлагали соединить общество, начертанное генералом Орловым, сказал мне, что они не были намерены сливать в одно два эти общества: что надо было посмотреть, как станет действовать Союз Благоденствия, и воспользоваться и хорошими, и дурными его результатами. Как видно, эти господа были "политики».

В самом деле, основатели Союза Благоденствия имели несколько свиданий с генералом Орловым, но они не могли согласиться между собой... Впоследствии Орлов, совсем оставивши свой полу-масонский проект, вступил в общество Благоденствия, из которого вышел за несколько дней до его закрытия...

Из этих объяснений видно, что попытка генерала Орлова не произвела никакого важного результата».

Пынин А.Н. Общественное движение в России при Александре I. Исследования и статья по эпохе Александра I. – СПб.: Академический проект, 2000. – С. 381-383.
Следующая статья
Гуманитарные науки
Структура тоталитарной секты Ананда Марга
В 1955 году в Бихаре Саркар основывает «Ананда марту» («Путь блаженства») и объявляет себя «Шри Шри Анандамурти» («дважды господином и образом [вечного] блаженства»). Другие его самонаименования: «Гурудев», «Отец», «Баба» («Папа»). Символической эмблемой своей организации Саркар сделал свастику на фоне восходящего солнца, вписанного в шестиконечную «звезду Давида». В 60-70-е годы, время наибольшей активности гуруистских культов, AM становится международной организацией, имеющей сеть филиалов в США, Западной Европе, Азии, Африке и Австралии. В 80-х годах A...
Гуманитарные науки
Структура тоталитарной секты Ананда Марга
Гуманитарные науки
Этика государственного служащего по кардиналу де Ришельё
Гуманитарные науки
Кому на Руси было жить хорошо? Жене купца?
Гуманитарные науки
Дэвид Юм: ассоциация идей и впечатлений
Гуманитарные науки
Новые общественные движения по Алену Турену
Гуманитарные науки
Джон Дьюи: нам нужны специалисты, а не политики
Гуманитарные науки
Amnesty International — история создания
Гуманитарные науки
Казнь после смерти: случаи из истории
Гуманитарные науки
Какие ресурсы наиболее важны для развития социального движения?
Гуманитарные науки
4 стадии развития социальных движений
Гуманитарные науки
Дэвид Юм: Философия. Сущность красоты и безобразия
Гуманитарные науки
Эссе «К ПОСТИЖЕНИЮ ЧЕЛОВЕКА РАЗУМНОГО И ГУМАННОГО»
Гуманитарные науки
Макс Вебер: мотивы социального действия
Гуманитарные науки
Макс Вебер: понятие социального действия
Гуманитарные науки
О шахматах и их пользе в реальной жизни
Гуманитарные науки
Принципы профессиональной этики журналиста