Вместо «есть» оказалось «нет»: Михаил Меньшиков о готовности Российской империи к войне с Японией

0
Фрагмент нашел: Андрей Толмачев9/15/2022

…Перед выборами [имеются в виду выборы в I Государственную Думу Российской империи в 1906 году – прим. LIVREZON] хочется напомнить главное, что необходимо. Выбирайте честных людей. Не говорите, что «это предполагается само собою».

Все хорошее предполагается, а в последний момент ничего не оказывается налицо. Есть всякого рода цензы для выборов – состояние, образованность, политический опыт, ораторский талант, происхождение, титул. Можно от всего сердца посоветовать – ищите честных людей, «остальное все приложится». 

Что такое состояние? Сегодня вы нищий, завтра богач. Что такое образованность, которая приобретается еще легче? Посол народный в Думе или Совете, конечно, должен быть вооружен знанием, но по каждому вопросу совершенно достаточно прочесть два-три трактата, чтобы сознательно судить о предмете. Что такое, наконец, политический опыт, которого у нас почти нет, и ораторские таланты, которые всегда явятся? Все это лишь оружие, более или менее ценное, но не сила, им владеющая. Истинною силою всякой – и особенно парламентской работы является нравственный характер. Вот основной ценз, решающий судьбу страны. 

Нужны честные люди, иначе все рушится. Как в древние времена, так и теперь нужны праведники, чтобы спасти общество, нужно хоть немного их, но чтобы они были видимы Богу, грозящему огнем серным. 

Разве Порт-Артур, Мукден, Цусима не были для нас библейской катастрофой? Разве на армию нашу – лучшую кровь народа – пали менее огненные тучи, чем на хананейские города? 

Михаил Осипович Меньшиков (1859-1918) – журналист, публицист и общественный деятель. Первый русский литератор, расстрелянный большевиками.

Вспомните огромное государственное дело – именно эту войну с Японией. Нельзя сказать, чтобы у нас недоставало ценза для его решения. Мы имели достаточные средства для войны. Мы истратили их ровно вдвое больше, чем Япония: два миллиарда против одного. 

И образованностью, в общем, мы не уступаем Японии, у нас шесть или семь одних военных академий. И военного опыта, кажется, было достаточно, а военного красноречия – хоть отбавляй. При всех этих цензах, однако, мы были жалко выгнаны из захваченного края и не одержали хоть бы на смех ни одной победы. Чего же недоставало? Что столкнуло нас в пучину грязи, где мы до сих пор барахтаемся? 

Недоставало честности. Только честности, уверяю вас, – одной честности. Недоставало нравственного ценза. Недоставало мужества выполнить долг свой до войны и во время войны. После севастопольского погрома тогда еще молодой великий князь Константин Николаевич издал знаменитый приказ об официальной лжи. Тогда, 50 лет назад, высшее правительство было оболгано кругом и обмануто всеми, кто был поставлен говорить правду. 

Самые важные исторические донесения, от которых зависела судьба царства, были извращением действительности. Бесчисленные рапорты, донесения, отчеты, справки, доклады лгали, лгали, лгали. В результате империя, воображавшая себя сильной, чтобы отразить Европу, не была в силах сбросить в море даже стотысячной армии

Та же глубоко бесчестная ложь привела к японской войне. Правительство было обмануто своими ближайшими агентами и точно в забытьи само шло на обман. 

Один за другим являлись предприимчивые господа, которые брались развить русскую промышленность и торговлю на Востоке, брались построить неприступную крепость, брались утвердить наше могущество на Тихом океане и т.д., – и вместо этого – клали себе деньги в карман и лгали

«Готовы ли мы к войне?» – спрашивала испуганная страна, замечая тучу, ползущую с Востока. «Готовы!» – отвечало восточное начальство. «Готовы!» – подтверждало западное. «Готовы» – удостоверяло центральное. Военный министр, посланный в Порт-Артур проверить, точно ли крепость готова, – на площади города пил шампанское в честь «гения» тех мест – адмирала Алексеева, создавшего несокрушимый оплот России. 

А когда японцы атаковали Порт-Артур, оказалось, что этот оплот можно было взять голыми руками: многие, числившиеся на бумаге, форты, грозные и неприступные, оказались лишь местами, отведенными под форты, и, кроме вешек, там ничего не стояло

Как в Севастополе, и тут пришлось строить крепость под ядрами неприятеля. Высшее начальство спрашивало: есть у нас флот? Отвечали: конечно, есть. На бумаге наш флот превосходил японский. Есть доки, мины, ядра, пушки и т.д.? О, да! Конечно!.. Но когда подошел последний страшный час, вместо «есть» оказалось «нет»

Не нашлось ни горных орудий для горной войны, и они оказались даже незаказанными (за что ответственный генерал получил повышение – в Государственный Совет); не нашлось ни снарядов в достаточном количестве, ни патронов, ни бездымного пороха, ни военных приборов, ни воздушных шаров, ни военных карт, ни лошадей, ни фуража, ни медицинских припасов, ни сапог для армии. 

Строили стратегическую железную дорогу – не оказалось и дороги, именно той второй колеи, которая отвечала бы военным целям. Более жалкой, более глупой роли никогда еще не играла великая страна, обворованная и оболганная начисто и подведенная совсем неожиданно под обух. 

Накануне выборов нужно все это припомнить и оценить. Ведь все эти живые и здравствующие господа, кому мы обязаны погромом, они ведь тоже были представители России, и многократно избранные, отличенные, возвеличенные, обремененные всевозможными цензами, кроме одного. Они тоже были депутатами от России, выборными только по упрощенной системе – по назначению. 

И если они со всеми своими цензами (кроме одного) провалили Россию, – не является ли страх за будущих представителей? А что, как и они провалят? 

Опозоренные пред целым светом, несчастные граждане России, мы должны распорядиться со своим доверием на этот раз с большею разборчивостью. Дело идет о спасении страны. Давайте подавать голоса только за честных людей, – довольно всех иных прочих! Состояние – ровно ни при чем для посла народного, как и происхождение, титул, вероисповедание, даже диплом. Важен ум и талант, но еще важнее употребление, какое из них сделают, а это вопрос совести. Совестливый человек – будучи удостоен избрания всенародного – не поленится изучить, что нужно, а бессовестный поленится, – вот разница. Человек честный там, на высоте, не поддастся соблазну тщеславия, не продаст своего голоса влиятельному вождю, не увлечется софизмами, а человек нетвердой совести все это сделает. Превосходно, конечно, если честный деятель в то же время ученый и талантливый оратор. Но нужно помнить, что ораторы предлагают те или другие решения, а выбор между ними делают более скромные, часто безмолвные депутаты, кладя свой шар направо или налево. Все таинство законодательной жизни – в этот последний момент, но именно в этот-то момент категорическим императивом является совесть. У кого она есть, тот обыкновенно не делает ошибки. 

Необычайно важно, чтобы первый парламент наш был во власти совести. Прежде всего от послов народных нужна верность отечеству. 

Источник: М.О. Меньшиков. // Выше свободы. – М.: Современный писатель, 1998. – С. 67-68.
 

Редакция будет рада вашим примерам по теме.

Присылайте материалы на info@livrezon.ru, и мы опубликуем их в нашей Базе знаний.

ЧТО ТАКОЕ БАЗА ЗНАНИЙ?

Концентрированная книга издательства LIVREZON складывается из сотен и тысяч проанализированных источников литературы и масс-медиа. Авторы скрупулёзно изучают книги, статьи, видео, интервью и делятся полезными материалами, формируя коллективную Базу знаний. 

Пример – это фактурная единица информации: небанальное воспроизводимое преобразование, которое используется в исследовании. Увы, найти его непросто. С 2017 года наш Клуб авторов собрал более 80 тысяч примеров. Часть из них мы ежедневно публикуем здесь. 

Каждый фрагмент Базы знаний относится к одной или нескольким категориям и обладает точной ссылкой на первоисточник. Продолжите читать материалы по теме или найдите книгу, чтобы изучить её самостоятельно.  

📎 База знаний издательства LIVREZON – только полезные материалы.

Следующая статья
Гуманитарные науки
Ганс Селье: что движет учеными?
Итак, мотивы, побуждающие учёных заниматься наукой, весьма разнообразны. Теперь попытаемся детально разобрать их, ибо одна из основных целей этих заметок – призвать Вас максимально откровенно проанализировать мотивы, которыми Вы руководствовались при выборе специальности, и решить, действительно ли Вы хотели этим заниматься. Нет ничего более печального, чем неудачник в науке. Большинство из них – это просто мало приспособленные к чему-либо люди, попавшие в науку случайно. Некоторые мотивы для избрания научной деятель...
Гуманитарные науки
Ганс Селье: что движет учеными?
Гуманитарные науки
Откуда берется агрессия мужчин по отношению к женщинам?
Гуманитарные науки
«Если встречный человек для тебя плох, то ты заслужил его плохим» – А. А. Ухтомский о Двойнике и Собеседнике
Биографии
Лечение на месте: как была организована работа военного госпиталя в блокадном Ленинграде
Гуманитарные науки
Школьница Ина vs гендерная дискриминация
Гуманитарные науки
«Мнения девушек о гендерных проблемах зависят от того, как их об этом спросили»
Биографии
«Ведь это же мог быть и я»: Юрий Никулин о нелепых смертях на войне
Гуманитарные науки
Каким должен быть пропагандистский текст
Гуманитарные науки
Опознание тел во время первой Чеченской войны
Биографии
С. П. Боткин и борьба с администрацией во время Крымской войны (1853-1856)
Гуманитарные науки
Платон о людях справедливых и жалких
Гуманитарные науки
Иоганн Фихте о свободе, правах и государственной власти
Биографии
«Почему нам все нельзя?.. – Потому что мы евреи»: Холокост глазами ребенка
Биографии
«Никто не вернулся таким же, каким ушел»: Маргарет Тэтчер о пришедших со Второй мировой
Гуманитарные науки
Станислав Айзин: Как Амстердам стал велосипедной столицей мира?