Запись #13. «Дракула» Брэма Стокера. Глава третья, часть 1.

0
Агафонова Анастасия Витальевна2/12/2021

Когда Джонатан Харкер убедился, что находится в плену у Дракулы, то в буквальном смысле пришел в бешенство. Он начал бегать по замку, подниматься и спускаться по лестницам, выглядывал из окон и пробовал открыть каждую дверь на своем пути. Вскоре Джонатан пришел в полное отчаяние. 

When I look back after a few hours I think I must have been mad for the time, for I behaved much as a rat does in a trap.Когда позднее я припоминал свое тогдашнее состояние, то оно показалось мне близким к сумасшествию, так как я вел себя словно крыса в мышеловке.

В этом отрывке Красавченко в своем «современном» переводе снова целиком и полностью вторит своей предшественнице, нисколько не задумываясь, что крысы и мышеловки несколько не вяжутся между собой. Но нам-то необходимо передать все метания одного из главных героев. А для этого лучше все же включить фантазию и немножко повизуализировать. В какой ситуации крыса начинает испуганно бегать из стороны в сторону, метаться и прыгать в полном безумии и отчаянии, не зная, куда себя деть? Какая крыса ведет себя подобным образом? Правильно, крыса, загнанная в угол

И хоть ни один словарь не дает прямого «углового» аналога английскому слову trap, все же не стоит полностью полагаться в данном вопросе на «точность» перевода и лепить какие-то там ловушки для более мелких крысоподобных сородичей. Крыса, попавшая в мышеловку, скорее всего быстро умрет от удара или банального удушья. А вот загнанная в угол она и правда будет бегать туда-сюда в истерике и полном отчаянии, если подобные переживания вообще уместны для описания крыс.

Здесь нам важна точная передача метафоры, а не дословный перевод. Помните, как у Дмитрия «Гоблина» Пучкова? Когда в одном фильме главный герой усадил девушку и сказал ей Plant here, а после добавил Plants don’t speak, Дмитрий Юрьевич правильно сделал, что не пошел на поводу у английского выражения, а просто и незатейливо перенес это все на наши реалии. Таким образом в фильме и появилось пресловутое: «Сядь и сиди как мышь… Мыши не разговаривают».

Да, конечно, тут же набежала куча «экспертов», которые потребовали от знаменитого переводчика перевести все строго в соответствии с оригиналом, типа: «Расти здесь». Но кто их слушает… 

В нашем же случае вроде и ошибки как таковой не было. Но любой, даже такой, собственно, хороший перевод как этот всегда можно улучшить. И делать это нужно постоянно. Хотя бы для разминки, почему нет?

Но вернемся к нашему уже порядком подуспокоившемся герою.

When, however, the conviction had come to me that I was helpless I sat down quietly — as quietly as I have ever done anything in my life — and began to think over what was best to be done.Когда же я пришел к выводу, что положение мое безнадежно, то стал хладнокровно – столь хладнокровно я не делал еще ничего в своей жизни – обдумывать, как лучше всего выйти из создавшегося положения.

Последняя часть меня лично особо радует. Лучшего перевода, пожалуй, и не придумаешь. Сандрова, например, написала: «как лучше всего выкрутиться из создавшегося положения», что тоже было бы неплохо в любой другой ситуации, кроме этой. Харкер ведь ничего плохого или постыдного не сделал. Он попал в западню (все ту же trap), следовательно искал возможные выходы из ситуации, а не пытался что-то там придумать, лишь бы из чего-то (воображаемого одним лишь переводчиком) выкрутиться.

А вот с хладнокровием и пропуском sat down картина не задалась. Здесь мы видим полную кальку первоначального перевода практически без каких-либо изменений. Хотя в реальности даже само положение Джонатана диктовало Стокеру, что его герой будет делать дальше. Вдоволь побегав по замку и позаглядывав в каждый угол, ему ничего не оставалось сделать как сесть себе тихонечко и попытаться успокоиться. Как видим, в оригинале все изложено довольно последовательно. В переводе же никак не отражена эта остановка, в буквальном смысле прекращение движения. Вместо этого Харкер с ходу начинает «хладнокровно» обдумывать ситуацию. Не устану повторять это, но снова: мелочь, а неприятно.

Тем временем Джонатан услышал, как захлопнулась входная дверь. Значит граф вернулся в замок. Харкер решил на цыпочках пройти в свою комнату, где и застал графа, застилающего его постель. Чуть позже он спустился вниз и сквозь щель в дверях столовой увидел графа, уже накрывавшего на стол. Вот тут-то наш адвокат и понял, что, если сам Дракула вместо слуг занимается всей этой работой, значит в замке действительно кроме него больше нет ни одной живой души. Значит это и то, что кучер, ранее привезший Харкера в замок, также был никем иным как самим Дракулой. Пазл начал складываться в единую картину. Подобные мысли напугали Харкера, но он все же взял себя в руки и решил вести себя естественно, дабы никоим образом не возбудить подозрений графа (not to awake his suspicion).

So far as I can see, my only plan will be to keep my knowledge and my fears to myself, and my eyes open.Насколько я понимаю, единственный выход – хранить свои догадки и страхи при себе и наблюдать.

Это далеко не единственный случай в книге, когда knowledge переводится не буквально, а по смыслу. Оказывается, можем, если захотим. А вот keep smth. to oneself лучше запомнить. Наверняка пригодится. Тем более, что данное выражение можно переводить не только дословно. Помимо этого, оно также может означать: молчать (умолчать), никому не рассказывать, не спешить делиться, утаить, держать в секрете, скрыть, держать рот на замке и т.д. Попробуйте сами перефразировать вышеуказанное предложение с каждым из вариантов. 

Также в данном упражнении поможет и последнее выражение keep eyes open, что говорит нам не только о наблюдательности, но еще и может переводиться как: быть настороже, держать ухо востро (надо же! здесь мы тоже можем в буквальном смысле забыть о глазах!), смотреть в оба, быть начеку и пр.

Итого может, например, получиться следующее: «Насколько я понимаю, единственный выход – сохранить все свои догадки и страхи в тайне и держать ухо востро». Соглашусь, не самый лучший вариант. Но я всего лишь предлагаю вам упражнение. Не все же судить о плохом и хорошем переводе. Можно и подсуетиться немного и при каждом удобном случае использовать его как площадку для своего развития.

Примечательно также и то, как Стокер именует «обязанности челяди» - menial offices. Конечно же, это выражение звучит несколько странно для русскоязычных читателей - испортила нас «офисная жизнь», испортила. Но в английском языке offices – это не только все т.н. служебные и подсобные помещения в целом, но и служба, должность как таковые. Menial – действительно челядь, лакей, прислуга. Именно поэтому было столь удивительно для Харкера увидеть графа doing himself all these menial offices.

Также Джонатан вспомнил и женщину, надевшую на него крестик, и сочувствующие взгляды крестьян, и чеснок, который они так настойчиво ему дарили. Однако помимо всего этого, Харкер вспомнил и о каких-то wild rose и mountain ash! «Дикой розой» оказался обыкновенный шиповник, а «горным пеплом» - о ужас! – рябина. Только каким образом эти растения должны были помочь юному адвокату? Не знаю как шиповник, а из рябины, оказывается, делают обереги от порчи и сглаза. Думаю и ветви или плоды wild rose используют по тому же принципу. Но вряд ли это настолько уж широко известная информация. Так что подобные вещи в данном контексте могут заинтересовать разве что переводчиков. Простой читатель пройдет мимо и ничего необычного не заметит.

Джонатан мысленно поблагодарил женщину, подарившую ему крестик. Теперь он был для него настоящим comfort – утешением - whenever he touched it.

It is odd that a thing which I have been taught to regard with disfavour and as idolatrous should in a time of loneliness and trouble be of help.Как странно, что именно то, к чему я привык относиться враждебно и на что я привык смотреть как на идолопоклонство, в дни одиночества и тревоги является моей единственной помощью и утешением.

Подобные дополнения и «раздвоения» - отнюдь не редкая вещь в любом столь объемном переводе. И данный прием нисколько не зазорно использовать. Он добавляет переводу больше красок и иллюстративности, ничуть не повреждая при этом оригинальному авторскому тексту. И даже слово «единственный» в данном случае нельзя считать таким уж лишним. Хоть сам Стокер и не указывает на это, вероятнее всего растения и чеснок Харкер попросту выбросил по пути в замок, а вот крестик он и правда снимать не стал. Так что упоминание про «единственное утешение» здесь как-никак имеет право на жизнь и звучит как нельзя более уместно.

Позже вечером граф и Харкер снова продолжили свой разговор. По просьбе своего адвоката Дракула во всех подробностях рассказал об истории своего рода, немного упомянув и об окружающих племенах и народностях:

Here, in the whirlpool of European races…Здесь, в смешении европейских народностей…

«Водоворот» европейских народностей. Забавно. У нас сейчас только технику так называют. И то даже она не настолько популярна в России, чтобы быть у всех на слуху. Но да выражение мы, пожалуй, тоже запомним. Звучит заманчиво для любого, кто пишет или собирается писать на английском…

Разговор, как всегда, продолжился далеко за полночь. Да что уж там за полночь – они снова проболтали до самого рассвета! Джонатан даже сделал соответствующую пометку в своем дневнике:

«…этот дневник страшно напоминает начало «Тысячи и одной ночи» – поскольку каждый должен уйти, когда раздастся крик петуха, – можно вспомнить и призрак отца Гамлета».

Быть может, таким образом Стокер словно признается нам, откуда он почерпнул эту идею ежедневных столь поздних бесед и разговоров, кто знает. Как бы то ни было, граф действительно спешил раствориться словно упомянутый призрак сразу же, заслышав «первых петухов»…

Следующая статья
Livrezon-технологии
Учитель и травля в классе: один в поле не воин. Кто поможет?
«Я тебя не обвиняю, просто говорю, что во всем виноват ты» Цитата из интернета Когда среди детей в школе обнаруживается травля, то диалоги между вовлеченными в проблему взрослыми чаще всего строятся так, как записано в эпиграфе. Первым, на кого обращают все взгляды, становится учитель или классный руководитель. Однако это не значит, что он должен в одиночку бороться с буллингом. Травля – это системная проблема, и учитель может и ДОЛЖЕН привлекать к ее решению другие стороны. Прежде всего, это родит...
Livrezon-технологии
Учитель и травля в классе: один в поле не воин. Кто поможет?
Livrezon-технологии
ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #50: Читаем БЕЗ детей
Livrezon-технологии
LivreLady: бизнес-решения для женского движения
Livrezon-технологии
Как сделать лекцию интересной? Статья Нобелевского лауреата Уильяма Л. Брэгга
Livrezon-технологии
Запись #44. Ложные друзья переводчика: разбор слов physical & physically
Livrezon-технологии
ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #49: Палеонтологическая встреча
Livrezon-технологии
ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #48: В гостях у Института кардиологической техники «ИНКАРТ»
Livrezon-технологии
3 приёма фиксации данных, или как конспектировать правильно?
Livrezon-технологии
Запись #43. Разбор статьи «Игра в мяч – взгляд непрофессионала», часть 1
Livrezon-технологии
ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #47: Встреча с юристом
Livrezon-технологии
Ошибки в построении абстракций. Дмитрий Матвеев о том, как познавать неизвестное
Livrezon-технологии
Роман Зайруллин о том, как ввести новичков в абсолютно хаотичный проект
Livrezon-технологии
ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #46: В гостях, не скажем, у кого
Livrezon-технологии
Алексей Литвин: 4 УРОВНЯ СЛОЖНОСТИ ВЫБОРА ПРИ РАБОТЕ С ИНТЕРФЕЙСОМ
Livrezon-технологии
Ошибки в чтении по Джону Локку
Livrezon-технологии
Надежда Братчикова о наблюдениях на проекте «ТУР Гениев»