Запись #31. «Дракула» Брэма Стокера. Глава восьмая, часть 2. Дракула выходит на охоту

0
Агафонова Анастасия Витальевна7/19/2021

Три утра. Мина Харкер снова за своим дневником. Как говорится, в любой непонятной ситуации – пиши. Что, собственно, сегодня и делает ваш покорный слуга.

Мина внесла последние записи и тотчас же уснула. Но чувство тревоги и страха не позволило ей долго наслаждаться сновидениями. Она неожиданно проснулась и села на кровати. Страх вдруг охватил ее – вокруг себя она почувствовала гнетущую пустоту. 

В комнате было темно и она не могла видеть кровать Люси. Так что ей пришлось встать и подойти к ней. Она ощупала постель – в ней никого не было. Она зажгла спичку и поняла, что Люси вообще нет нигде в комнате. Но куда же она могла подеваться? Ведь дверь они всегда оставляли запертой на ключ. Платье и прочие вещи остались нетронутыми. Значит, она не могла далеко уйти и должна быть где-то в доме.

Мина спустилась в гостиную, но и там не нашла свою подругу. Входная дверь в поместье была отворена. С ужасом Мина накинула на плечи шаль и вышла наружу, выискивая глазами в ночной темноте белую фигуру – как-никак, судя по нетронутой одежде, Люси вышла на улицу в одной ночной рубашке.

Куда же она могла пойти? Неужели на их любимое место – на любимую скамейку рядом с аббатством?

Так и есть! Луна на миг показалась из-за облаков и осветила белую фигуру вдалеке. Мина сломя голову бросилась к подруге. И чем ближе она подбиралась, тем большая тревога охватывала ее.

The coming of the cloud was too quick for me to see much, for shadow shut down on light almost immediately; but it seemed to me as though something dark stood behind the seat where the white figure shone, and bent over it.Но тут новое облако погрузило все снова во мрак, и я больше ничего не успела разглядеть; мне лишь показалось, что позади скамейки, на которой сидела белая фигура, стояла наклонившаяся над ней какая-то черная тень.

Something wicked this way comes

Черная тень – хорошее решение. В особенности, когда слово «фигура» (white figure) у нас и так уже несколько раз использовалось в тексте. Благодарить за подобный подход к переводу something dark нам стоит, прежде всего, Сандрову: именно в ее переводе мы впервые видим подобные «обороты».

Мина стала спешно подниматься по ступенькам.

I must have gone fast, and yet it seemed to me as if my feet were weighted with lead, and as though every joint in my body were rusty.Я, должно быть, шла очень быстро, и все же у меня было такое чувство, словно ноги налиты свинцом, а все суставы окаменели.

Если брать дословный вариант, то все ее суставы словно «заржавели». Rust – это все же ржавчина, коррозия (металла), все, что имеет отношение к цвету ржавчины и пр. Однако в нашем языке мы все же говорим про различные «окаменелости». Вот только привязываться к суставам здесь вовсе не следовало. Можно было просто написать: «…и все же у меня было такое чувство, словно ноги мои налились свинцом и окаменели / перестали разгибаться». Также можно было и просто передать смысл, написав, будто тело перестало ее слушаться и многое другое.

Как оказалось, Мина не ошиблась и над Люси действительно склонилась какая-то черная тень. Она в ужасе начала звать на помощь. Тень подняла голову и, даже находясь на приличном расстоянии от скамейки, Мина различила в темноте white face незнакомца и его red, gleaming eyes.

Тучи на какое-то мгновение скрыли из виду обе фигуры и, когда Мина наконец подбежала к подруге, рядом уже никого не было. Люси спокойно полулежала, запрокинув голову на спинку скамейки.

Поначалу Мина боялась разбудить свою подругу. Но дабы та не простудилась, все же укутала ее в свою шаль и закрепила ее на шее with a big safety-pin – английской булавкой. В чем разница между английской и французской булавками, вроде понятно. Английская также называется «безопасной», поскольку закрывается на «замочек», в то время как французская – это просто иголка с шариком на конце. Но на английском, как ни странно, и то и другое будет считаться «безопасным» и будет в обоих случаях именоваться safety pin. По ходу, смысл здесь будет заключаться не столько в «безопасности использования», сколько в «надежности закрепления».

Как бы то ни было, Мина подумала, что невольно поранила шею подруги, поскольку та, проснувшись, начала стонать и все время хваталась рукой за горло.

Окончательно растормошив подругу, Мина потащила ее обратно в поместье. «Нам посчастливилось, и мы добрались до дому, никого не встретив», — написала она в своем дневнике. Не знаю, имеет ли это какое-либо значение, но в пропущенном отрывке им все же повстречался один пьянчуга. По крайней мере это был a man, who seemed not quite sober. Однако он скрылся в дверях одного из домов улицы до того, как девушки прошли мимо.

My heart beat so loud all the time that sometimes I thought I should faint. I was filled with anxiety about Lucy, not only for her health, lest she should suffer from the exposure, but for her reputation in case the story should get wind.У меня все время сердце так сильно билось, что мне казалось, будто я теряю сознание… Я безумно перепугалась за Люси, не только за ее здоровье, которое могло пострадать после этого ночного случая, но также и за ее репутацию, если эта история получит огласку.

Еще один странный для нашего понимания фразеологизм — get wind. Хотя и в нашем языке слухи тоже умеют «летать» и «разноситься». Но вариант «получить огласку» здесь весьма и весьма кстати. Просто нужно помнить, что, помимо этого, существуют и такие варианты как: проведать, узнать, прознать. Со всеми вытекающими: если об этом узнают / прознают, если об этом станет известно и пр. И, думаю, в данной ситуации несложно себе представить, что случится, если молва действительно разлетится, и в округе прознают о ночных приключениях полураздетой (в те времена, считай, голой) девушки по кладбищу да еще и в компании таинственной «тени»… с красивыми, выразительными глазами. 

Сама Люси также понимала все возможные последствия этой ситуации, поэтому дома, укладываясь в постель, стала заклинать и просить свою подругу никому об этом не рассказывать. В особенности ее матери. Мина пообещала, что так и сделает. Заперла дверь на ключ. Только на этот раз не стала оставлять его на столике, а надежно привязала его к запястью.

Но Люси более не побеспокоила ее той ночью. Она спокойно проспала все утро, пока Мина ее не разбудила.

Ночное приключение, казалось, никак не повредило ей. Наоборот, она выглядела лучше, чем в последние недели, и чувствовала себя прекрасно. И немудрено! Не зря же Коппола изобразил встречу Люси Вестенра с Дракулой в столь эротическом формате!

Как-никак Стокер в том числе спекулировал на страхах консервативных британцев конца XIX века перед женской эмансипацией. А главный герой его романа прибывает в Англию именно с целью сексуального порабощения женщин. Просто все это преподносится в весьма и весьма завуалированной форме. Но многие литературоведы все же склоняются к мнению, что укус вампира в романе — это символ соития. 

Так что еще и еще раз, немудрено, что после встречи с таинственной тенью Люси Вестенра чувствовала себя великолепно. Автор не зря акцентирует на этом наше внимание. 

Впрочем, цена, которую придется заплатить за столь изысканное наслаждение обществом старого искусителя также заложена в первоначальный план романа. 

То ли еще будет…

Следующая статья
Livrezon-технологии
Надежда Братчикова: ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #38. О чтении Диккенса
В математическом клубе ЛИСА идут множество онлайн-проектов, в том числе – проект «Читаем с детьми». Мы книги читаем, размышляем о разных вещах и постоянно пишем эссе.  Летом 2021 года мы читали книгу Чарльза Диккенса «Жизнь Дэвида Копперфильда». Книга огромная, главы длинные, предложения многострочные, юмор странный.  Чарльзу Диккенсу в детстве пришлось несколько месяцев работать с мальчишками на фабрике (он упаковывал и обклеивал этикетками баночки ваксы). Его семья сидела в долговой тюрьме, он учился стенографии и,...
Livrezon-технологии
Надежда Братчикова: ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #38. О чтении Диккенса
Livrezon-технологии
Запись #39. Ложные друзья переводчика. Позитивное счастье
Livrezon-технологии
Типовые ошибки и сильные ходы участников курса «Как читать умные книги?»
Livrezon-технологии
Надежда Братчикова: ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #37. Встреча с ветеринаром
Livrezon-технологии
Надежда Братчикова: ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #36. О сложности формулирования главных мыслей
Livrezon-технологии
Запись #38. Ложные друзья переводчика. Экстремальный перевод
Livrezon-технологии
Зачем знакомить детей с профессиональной жизнью взрослых? Статья Маргариты Крыловой
Livrezon-технологии
Надежда Братчикова: ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #35. В пункте приёма вторсырья
Livrezon-технологии
Запись #37. Ложные друзья переводчика. Ментальная игра продолжается
Livrezon-технологии
Надежда Братчикова: ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #34. Зачем читать книги?
Livrezon-технологии
Запись #36. Бейсбол и английский язык. В погоне за страйками
Livrezon-технологии
Надежда Братчикова: ДНЕВНИК ПЕДАГОГА. Запись #33. О прогулке с проектировщиком
Livrezon-технологии
Запись #35. Ложные друзья переводчика. Ментальная игра в дословности
Livrezon-технологии
Запись #34. Бейсбол и английский язык. Тайминг, страйки и все, все, все
Livrezon-технологии
Запись #33. Бейсбол и английский язык. Так ли уж все сложно?
Livrezon-технологии
Запись #32. «Дракула» Брэма Стокера. Глава восьмая, часть 3. Охота продолжается...